Супруги уселись в машину и поехали на праздник. За окном замелькали многоэтажные дома освещенные уличными фонарями и свечками — окошками, светящиеся в темноте над городскими улицами. Автомобиль мчался через неоновый свет города в самое логово праздника за западе города.
Автостоянка вокруг здания департамента была забита до отказа — пришлось выбираться из такси у главного входа. Отсчитав три сотни, Марк и Василиса отпустили таксиста и отправились в здание. Холл первого этажа был украшен разноцветными гирляндами — стена над лифтами завешена большим полотном с буквами «С НОВОСЕЛЬЕМ!». Охранники здания вместо обычной синей формы, были переодеты в парадные бежевые костюмы. Вот маразм — подумал Марк.
«Какая прелесть», — подумала Василиса. Ничего более забавного не видела. Такой позитив, так поднимает настроение.
Они вызвали лифт — и он прибыл на удивление быстро. Поездка на лифте подняла настроение Василисы еще больше. В зеркале она успела десять раз покрасоваться и даже немного подправить и без того безупречный макияж. И вот двери открылись — фойе для оргий было не узнать.
Там, где еще неделю назад гулял ветер и валялся строительный мусор, было красиво и красота эта изъедала глаза так, что можно было прослезиться…
— Фантастика, — сказала с восхищением Василиса, — вот это я называю настоящим праздником.
Не особо избалованная подобными праздниками — это зрелище казалось ей верхом организаторских способностей. К великому ужасу Марка — за их стол усадили кроме Павла и его чокнутой жены — Веронику и Андрея. Кто додумался сотворить — это можно было вычислить — можно, но не нужно, да и зачем? Поскольку подозреваемых бегало, ползала. Большой Евгений даже позаботился, чтобы по залу носились официанточки на роликовых коньках с подносиками. Все смазливые — будто вчера для Плэйбоя позировали.
Супруги сели за стол. Вероника сразу же отпустила комплимент в адрес Василисы:
— Шикарное платье! — и это было искренне, ибо Вероника всегда глубоко симпатизировала Василисе.
— Давайте выпьем за это, — не в тему сказал Андрей, но чтобы не обижать его и Василису все согласились и чокнулись. Платье и правда было шикарное.
Внутри системы приглашенных варились склоки — но поначалу Марку было не до них — ибо из лифта появился брат Марка Сергей. Братья поздоровались, и Марк подхватил на руки любимую племяшку Юлечку — Сергей воспитывал ребенка один.
— Юльчик! Как я скучал! — восхищался ситуацией Марк.
Девчонка тоже была в восторге от встречи с дядюшкой. А когда она увидела тетушкино платье!
— Тетя, ты обалденна! — сказала Юля Василисе, и та мигом оказалась у тетки на коленях — вместе они набросились на фрукты — ибо старшая была беременна, и спиртное было ей противопоказано, а младшей его было просто нельзя из–за чересчур юного возраста!
Первой жертвой сладкой парочки стал десертный салат из фруктов — Юля в принципе отказывалась от множественных деликатесов, от которых ломился стол — но вот от фруктового салата с личи и питахайей — никак не могла. Таковы дети.
Ого! Марк снова пошел к лифту — появился Максим — человек, с которым он дружил с самого детства — но сейчас они виделись редко и от случая к случаю. Повторились дружеские рукопожатия, и они проследовали к столу. Но прием гостей этим не закончился — ибо последние пустовавшие за их столом места заняли Владислав и Константин — друзья Марка по университету — теперь вся семья Марка собралась за одним столом, в одном здании. Вскоре мужчины в сопровождении Вероники удалились на балкон покурить. Вид с балкона был бесподобным — город уже постепенно погружался в сон…
— Как прекрасен этот район с высоты птичьего полета! — сказал Андрей приятную только ему фразу.
— А, по–моему, господин Архитектор, — заявил Костя, — этот район сверху похож по контурам на человеческую печень, тебе не кажется?
— Что?! — возмутился Андрей.
Вероника прыснула и толкнула Константина.
— Не обращай внимания на язвы со стороны.
Совершенно незаметно Вероника подрулила к Павлу и обняла его. Павел не стал сопротивляться, ибо его жена в данный момент явно напивается ибо ее гребаная религия запрещает только секс, а все остальное — в любых количествах. Вероника стала медленно поглаживать его спину возбуждая его все больше и больше. А тем временем, через стекло за ними наблюдала Настя, которая еще не дошла до кондиции, когда в глазах двоится.
Аврора и Алексей Кудрявцевы сидели за столом сметного отдела и были очень похожи на счастливых супругов — хотя они все еще находились под пристальным наблюдением Лизоньки. Сама Лизонька и не предполагала, что именно ожидало ее в скором будущем. Заботливой рукой Аврора подкинула в ее стакан наркотик, который должен был в ближайший час вызвать у нее дикие головные боли. Дальше Саня Ладыгин должен был галантно сопроводить ее на остановку такси, посадить ее и отправить в туберкулезный диспансер, где ей в запасной процедурной устроили бы маленькую операцию по выскабливанию. По возможности с дальнейшим уничтожением возможности материнства. Данная перспектива очень радовала Аврору, а Алексею она решила ничего не говорить — но по стандартному правилу поведения в департаменте — это знали все — кто–то одобрял, кто–то нет, но никто не вмешивался!!!
Лиза заказала официантке коктейль. Вскоре стакан появился на столе — но притронуться к коктейлю с отравой Лиза не успела — появилась сияющая Василиса и стала со всеми здороваться. На самом деле она хотела показать всему комитету, какая шикарная супруга у Марка!
А тем временем Андрей уже обсуждал с Виолой паркет и цвет напольной плитки будущей квартиры. Естественно в скором времени эта беседа перелилась в зверский скандал, который наблюдал весь департамент. Не установлено абсолютно точно с чего началась данная склока, но когда они оба уже достаточно разгоряченные выскочили в основной зал они вопили что–то вроде:
— Паркет должен быть в прихожей!
— Нет, в прихожей должен быть линолеум! Я задолбаюсь чистить до блеска паркет!
— Тебя никто не заставляет чистить его до блеска!
— Но так меня учила моя мама!
И т. д. и т. п. как обычно в таких случаях пишут в различных документах и перечнях. Пока все в суматохе образовали круг вокруг ссорящихся Василиса попросила у Лизы попробовать коктейль:
— Не поделишься веселящей жидкостью? — спросила Василиса наблюдая за Лизой. Взгляд Авроры в тот момент блуждал где–то в стороне и потому остановить обмен не удалось.
— Забирай, — отмахнулась Лиза, — я его еще и не пробовала. Закажу потом еще.
— Ты чудо! — обрадовалась Василиса, чмокнула Лизоньку и взяла бокал с коктейлем.
— Я знаю, — ответила Лиза.
Так Василиса устроила себе небольшой отдых с легким алкогольным раздражителем, а Лиза в очередной раз получила неописуемое удовольствие от льстивого комплимента. Девушка обожала комплименты, особенно когда они не соответствовали действительности позволяя самооценке расти с быстротой скоростного поезда «ЭР‑200».
Скандал между Виолой и Андреем по прежнему разворачивался по стандартному сценарию и должен был закончиться мордобоем, тумбочкой между кроватками и разводом на ближайшую неделю, но этого на удивление не случилось. Андрей, воспользовавшись правом своей реплики в ответ на виолино что–то вроде — если паркет не будет блестеть, то к нам никто в гости не придет, потому что дома будет самый настоящий бичевник — он громко крикнул:
— СТОП!
Толпа затихла. Будет мордобой или нет? Все ждали зрелища.
— Пусть будет линолеум. Мы объявляем о своей помолвке.
Андрей сделал два шага, подхватил Виолу и поцеловал ее. Поцелуй потонул в грохоте аплодисментов — наконец–то кто–то из этой парочки сдался. Шоу сорвалось.
Тут руководитель профсоюзной организации разрядила обстановку:
— Все это конечно замечательно, но нам пора переместиться на балкон — сейчас начнется фейерверк!
В воздух поочередно взлетали цветные блики разнообразных цветов и вызывали неописуемое восхищение толпы. В ночное небо поочередно взлетали снаряды, разрываясь в самый неожиданный момент и приводя всех в неописуемый восторг. Именно во время фейерверка Настя снова увидела, как Павел и Вероника стоят обнявшись. Теперь ее, пусть и фригидно–сектантское самолюбие было задето и она бросилась в бой. Толпа снова затихла в ожидании шоу:
— Что это значит? — завизжала Анастасия. В этот момент она уже достаточно приняла на грудь и с трудом себя контролировала.
— Ничего особенного, — хладнокровно заявил Павел, — я хочу развестись с тобой.
На Настю это заявление подействовало раздражающе, и она кинулась в атаку с еще большей силой. К сожалению атака по прежнему продолжала быть всего лишь словесной, а не силовой, но до глобального побоища еще все должно было дойти.
